Холодова Екатерина: психолог в Челябинске лично и онлайн по всему миру
Внешне всё выглядит наоборот, ведь телефон, это сплошное общение. Десятки чатов, сотни контактов, переписки с утра до ночи, чужие жизни в ленте, голосовые, комментарии, реакции. Человек буквально не выходит из коммуникации, и при этом, вот загадка, которую приносят в кабинет всё чаще, чувствует себя одиноким.
Причём чем больше времени уходит на цифровое общение, тем острее одиночество, а живые встречи тем временем становятся всё более редкими и всё более утомительными, ведь после них хочется отдохнуть, а проще всего отдыхать, понятно где. Если узнали этот узел, давайте распутаем его аккуратно, а именно почему переписка не насыщает, как экран незаметно вытесняет живое и что делать, если виртуальная жизнь оказалась единственной действующей.
Из практики. «У меня двести контактов и четыре чата, где я сижу каждый день. И мне некому позвонить, когда плохо. То есть написать есть кому, а позвонить некому. Не знаю, как объяснить эту разницу, но она огромная».
Разница, которую не мог объяснить мой клиент, объясняется просто, ведь цифровое общение, это консервы. Продукт настоящий, хранится удобно, доступен всегда, но по питательности с живым не сравнить.
Потребность в близости древняя и телесная, ведь её насыщают присутствие человека рядом, голос с интонациями, глаза, совместное молчание, возможность быть увиденным целиком, а не текстом. Переписка передаёт информацию, но почти не передаёт присутствия, ведь смайлик вместо лица, «хах» вместо смеха, прочитанное сообщение вместо взгляда. Психика получает сигнал «контакт был», а насыщения не происходит, как не происходит его от картинки еды.
Отсюда парадокс постоянно общающегося одинокого человека, ведь он весь день ест консервы и хронически голоден. И голод этот, заметьте, честный, поскольку он не лечится увеличением дозы переписки, сколько чатов ни добавляй.
Как получается, что живое уходит из жизни незаметно и как бы добровольно?
Через ту же экономику усилия, что и везде в этом разделе. Живое общение дорогое, ведь нужно договориться, доехать, быть в форме, выдерживать неотредактированного себя и неотредактированного другого, рисковать неловкостью. Цифровое дешёвое, ведь ответить можно когда удобно, отредактировав себя до приемлемого, а выйти из разговора, просто отложив телефон.
Уставший человек раз за разом выбирает дешёвое, и это выглядит разумным в каждом отдельном случае. Но у выбора есть накопительный эффект, ведь навык живого контакта от простоя ржавеет, встречи начинают требовать ещё больше сил, круг знакомых сужается до чатов, и дешёвое становится уже не выбором, а единственным доступным. Экран не отнимал у вас людей, он просто каждый вечер был на рубль дешевле, и за годы эта разница выкупила всё.
Отдельно про ощущение, которое часто стыдятся называть, мол, в сети я живее, чем вживую. Там я остроумный, смелый, у меня есть голос и место, а в офлайне скованность и серость. Не спешите записывать это в приговор себе, ведь чаще всего это означает две вещи.
Первая в том, что в цифровой среде снят страх, который блокирует вас вживую, то есть страх оценки, отвержения и неловкости. Значит, живость в вас есть, а вопрос в страхе, и страх, это рабочий материал для психолога, а не пожизненное свойство.
Вторая в том, что виртуальное пространство просто получило все ваши вложения, то есть годы времени и внимания, а реальная жизнь осталась недофинансированной, и сравнение выходит нечестным, как я разбирала на примере сериалов в статье сериалы как убегание от реальности. Хорошая новость в обоих случаях одна, ведь это обратимо, потому что создано выбором, а не природой.
Практика здесь деликатная, потому что навык ржавый и форсировать нельзя, ведь провальная вечеринка подтвердит худшие ожидания и отбросит назад. Начинайте с малого и тёплого.
Шаг первый, перевести одно цифровое в полуживое, то есть голосовое вместо текста, звонок вместо голосового, ведь у голоса на порядок больше присутствия, чем у букв.
Шаг второй — одна короткая живая встреча в неделю-две с самым безопасным человеком из доступных, будь то кофе на час или прогулка, без программы и подвигов. Шаг третий, регулярные слабые связи, а именно спортзал, кружок, соседи, продавец, любые повторяющиеся живые контакты без обязательств, ведь они незаметно тренируют мышцу присутствия.
И параллельно честность с собой в вечернем выборе, ведь каждый раз, когда рука тянется листать чужие жизни, стоит спросить, не голод ли это по своим людям, и, если да, сделать один живой жест вместо часа консервов. Написать конкретному человеку «давай увидимся» стоит тех же тридцати секунд, что и открыть ленту.
И честная граница. Бывает, что дело не в ржавом навыке, а в глубоком убеждении, мол, со мной не захотят, я неинтересный, близость опасна, меня нельзя увидеть настоящим и не разочароваться. Такие убеждения не рассасываются от кофе с приятелем, ведь они старше телефона и обычно родом из ранних отношений, где близость ранила или была недоступна.
Маркеры узнаваемы, а именно одиночество тянется годами и при людях, встречи не насыщают, а истощают всегда, а не только с непривычки, и внутри стоит запрет на то, чтобы приблизиться и попросить тепла. С этим слоем стоит работать со специалистом, и это одна из самых благодарных тем в психологии, а материалы о влиянии раннего опыта собраны в разделе психотравмы. О том, как такая работа начинается с телефонного запроса, читайте в статье как психолог помогает при зависимости от телефона.
Отдельно скажу о случае, когда одиночество идёт вместе со стойкой подавленностью, потерей интереса ко всему и нарушенным сном на протяжении недель. Тогда стоит начать с визита к врачу, ведь у такого состояния бывают причины, которые психологической работой не решаются, и разбираться с ними должен тот, кто имеет на это право. Телефон в этой истории не враг, а свидетель, ведь он просто показывает, где голодно.
Общение, но с низкой питательностью, ведь информация передаётся, а присутствие почти нет. Для координации дел переписки достаточно, а для насыщения потребности в близости нет, ведь ей нужны голос, лицо и совместное время. Поэтому можно переписываться весь день и оставаться голодным.
Живой контакт дороже, ведь нельзя отредактировать себя, отложить ответ и выйти одним движением. Плюс навык от простоя ржавеет, и после долгого цифрового периода встречи правда утомляют. Это проходит с практикой, ведь мышца присутствия тренируется, а начинать стоит с коротких тёплых встреч.
Постепенно повышая дозу присутствия, то есть голосовые вместо текста, звонки вместо голосовых, короткая встреча с самым безопасным человеком, регулярные слабые связи вроде секции или кружка. Без подвигов и больших компаний на старте, ведь навык возвращается от частоты, а не от масштаба.
Это распространённо и объяснимо, ведь цифровые связи дают контакт без присутствия, а одиночество меряется именно присутствием. Сигнал стоит уважать, поскольку он про настоящий дефицит. Если же одиночество с вами годами и при любых людях, посмотрите на него глубже, лучше вместе с психологом.