Ем втайне и стыжусь есть при людях, что стоит за скрытым перееданием

Об этом почти никто не рассказывает даже близким, поэтому каждая, кто так живёт, уверена, что она одна такая. Дождаться, пока муж уснёт, и тихо пойти на кухню. Съесть шоколадку в машине на парковке и убрать обёртку поглубже в сумку. Заказать доставку в обед, пока никто не видит, а вечером при всех поесть салата и сказать, что вы мало едите. Покупать сладкое якобы детям, зная, кому это на самом деле.

Если вы узнали себя, начну с главного, вы не одна такая (или, не один). Скрытое переедание, это одна из самых распространённых и самых замалчиваемых сторон пищевой зависимости, и у неё есть понятная логика, которую мы сейчас разберём.

Как еда уходит в подполье

Никто не начинает есть тайком на пустом месте. В начале этой истории всегда есть наблюдатель, реальный или усвоенный, под чьим взглядом есть стало небезопасно. Мама, которая поджимала губы при виде второй порции. Муж, который шутит про аппетит. Одноклассники, столовая, чьи-то взгляды на пляже. Публичная еда стала местом, где судят, и психика сделала логичный вывод, что есть спокойно можно там, где не видят.

Дальше срабатывает известный механизм, ведь то, что прячут, разрастается. Тайная еда освобождена от всех ограничений публичной, и потому её всегда больше. К удовольствию от вкуса добавляется странное, стыдное, однако реальное удовольствие свободы, то есть наконец-то никто не смотрит и наконец-то можно.

Одна клиентка сформулировала это пронзительно, «Ночью у холодильника, единственное место, где я не под наблюдением. Даже не под своим».

Получается, что тайная еда, это не только про еду, это ещё и про глоток жизни без оценивающих глаз. Понятно, почему от неё так трудно отказаться, поскольку вместе с ней человек как будто теряет единственную свободную комнату в доме.

Цена двойной жизни

За эту комнату, тем не менее, приходится платить, и цена высока.

Первое, стыд растёт. Сама секретность ежедневно подтверждает внутренний приговор, ведь то, что я делаю, настолько постыдно, что это нужно скрывать. Каждая спрятанная обёртка, это маленькая расписка в собственной ненормальности. Круг замыкается привычным образом, поскольку стыд, это тяжёлое чувство, а тяжёлые чувства заедаются, теперь уже тоже тайно. Как стыд кормит переедание в целом, разобрано в статье почему стыд не лечит переедание.

Второе, рушится нормальная еда.

Днём, на людях, человек ест подчёркнуто мало и правильно, ведь публичная еда воспринимается как экзамен. Организм недополучает и берёт своё в тайные часы, чаще вечером и ночью, об этом сценарии подробнее в статье про вечернее переедание. Получается маятник, где показное недоедание днём и подпольное переедание ночью поддерживают друг друга.

Третье, — растёт одиночество. Тайна отгораживает от самых близких людей, ведь между вами и ними всегда стоит то, о чём нельзя рассказать. Многие мои клиентки годами носили эту тайну в браке, в дружбе, в семье, и признавались, что устали не столько от еды, сколько от постоянной конспирации, то есть от необходимости помнить, что выбросить, что сказать и как объяснить.

Стыдно есть при людях, другая сторона той же монеты

У скрытого переедания есть зеркальный спутник, а именно невозможность спокойно есть на глазах у других. В кафе заказывается только кофе, в гостях еда ковыряется вилкой, на работе обед пропускается, потому что неловко. Логика та же, ведь еда под взглядом, это экзамен, который проще не сдавать.

Особенно это обостряется у людей, которых стыдили за аппетит и вес, поскольку им кажется, что каждый кусок на публике читается окружающими как приговор.

Здесь полезно знание о том, как работает чужое внимание на самом деле, ведь люди заняты собой несравнимо больше, чем нашей тарелкой. Наблюдатель, под которым невозможно есть, почти всегда живёт внутри, а не за соседним столиком. И это хорошая новость, поскольку с внутренним наблюдателем можно работать, в отличие от всего человечества сразу.

Как выходить из подполья

Сразу скажу, чего делать не нужно. Не нужно объявлять себе войну и запрещать тайную еду, ведь запрет усилит и тягу, и секретность, а вы просто станете прятаться лучше. Выход лежит в обратной стороне, то есть не еду загонять в рамки, а снимать причины, по которым она ушла в тень.

Первый шаг, легализовать еду перед самой собой.

Есть вам можно, и днём, и вечером, и на людях, и вкусное, и любое. Пока публичная еда остаётся экзаменом, подпольная будет компенсацией, поэтому начните есть открыто и достаточно, самой себе это разрешив.

Второй шаг, вернуть еде нормальные условия, а именно стол, отсутствие спешки и отсутствие чувства, что нужно успеть, пока никто не вошёл.

Третий шаг, самый сильный, это разгерметизация, то есть рассказать о тайной еде хотя бы одному безопасному человеку. Тайна питается изоляцией, и, произнесённая вслух, она теряет половину веса. Если такого человека рядом нет, им может стать психолог, ведь кабинет, это место, где об этом говорят без осуждения, и о том, как проходит работа, я написала здесь.

Четвёртый шаг, разобраться с фигурой наблюдателя, то есть понять, чьи глаза вы носите с собой и чей голос комментирует вашу тарелку. Часто эта нить ведёт к старым отношениям и к теме самооценки, поскольку человек, который в целом чувствует свою ценность, может позволить себе есть при свидетелях.

И отдельная важная оговорка.

Если тайная еда идёт приступами с полной потерей контроля, если после неё вы пытаетесь как-то отменить съеденное или устраиваете себе отказ от еды на следующий день, если появилось истощение, это признаки, с которыми нужно к психотерапевту с медицинским образованием или к врачу, и откладывать не стоит.

Частые вопросы

Почему я ем втайне, даже когда никто бы не осудил?

Потому что наблюдатель уже внутри, ведь это усвоенный взгляд тех, кто когда-то оценивал вашу еду и ваше тело. Внешняя обстановка может быть безопасной, а внутренняя нет. Поэтому и работать нужно не с обстановкой, а с внутренним наблюдателем, то есть найти, чьим голосом он говорит, и лишить его полномочий.

Мне стыдно есть в кафе и в гостях. Что делать?

Начните с малого и безопасного, то есть ешьте на людях в компании одного принимающего человека, а затем расширяйте круг. Замечайте факт, ведь окружающие заняты собой и ваша тарелка им неинтересна. И не компенсируйте пропущенные публичные приёмы пищи тайными, поскольку это раскачивает маятник. Если страх сильный и давний, разберите его с психологом.

Муж не знает, что я ем тайком. Рассказать?

Решать вам, и торопиться не обязательно. Смысл не в отчёте, а в разгерметизации, ведь тайна теряет силу, когда она разделена с безопасным человеком. Если отношения тёплые, честный разговор может снять огромный груз и убрать конспирацию из дома. Если боитесь осуждения, начните с психолога и подготовьте этот разговор там.

Тайная еда, это уже расстройство пищевого поведения?

Сама по себе секретность, это признак напряжения вокруг еды, а не диагноз, и диагнозы вообще не ставятся по статьям. Насторожить должны сочетания, то есть приступы с потерей контроля, попытки отменять съеденное, заметное влияние на жизнь и здоровье. С такими признаками нужно к врачу и психотерапевту с медицинским образованием, а психологическая работа может идти параллельно.