Холодова Екатерина: психолог в Челябинске лично и онлайн по всему миру
Есть особый момент, который знают все, кто живёт в сложных отношениях с едой. Еда закончилась, вкус ещё во рту, а внутри уже начинается заседание суда. Прокурор зачитывает список съеденного. Свидетели, а именно зеркало и совесть, дают показания. Приговор известен заранее, виновна. Снова. Как всегда.
Этот суд заседает у некоторых людей после каждого приёма пищи, и его работа изматывает сильнее самого переедания. Более того, именно он, а не любовь к сладкому, часто оказывается мотором всей проблемы. Разберём, как вина после еды устроена, почему она не помогает, хотя кажется полезной, и что делать с судом, который никак не объявит перерыв.
Вина, это чувство о нарушенном правиле. Чтобы после еды приходила вина, где-то внутри должно существовать правило, которое еда нарушила. У людей с этой темой таких правил обычно целый кодекс, ведь сладкое нельзя, после шести нельзя, добавку нельзя, «столько» нельзя, да и хотеть есть, когда недавно ели, тоже нельзя. Кодекс собирался годами, из диет, из маминых комментариев, из журналов, из чужих взглядов, настоящих и мнимых.
Заметьте, чем длиннее кодекс, тем больше поводов для вины. Человек с десятком пищевых правил нарушает что-нибудь практически каждый день, а значит, и суд заседает ежедневно. Вина после еды, это почти всегда не про еду, а про перегруженный свод законов, по которому живёт человек. Свод этот, кстати, редко бывает его собственным, поскольку при разборе выясняется, что половина статей унаследована от мамы, бабушки и случайных людей, стыдивших когда-то за аппетит. О том, как чужие голоса становятся внутренними и начинают говорить вашим голосом, подробно рассказывает соседняя статья из раздела о самооценке.
У внутреннего суда есть оправдание, в которое искренне верит сам человек, ведь без вины он якобы совсем распустится. Кажется, что вина, это дисциплина и кнут, который держит в рамках, а убери его, и начнётся вседозволенность.
Логика понятная, только она не работает, и проверить это легко, поскольку суд заседает годами, а переедание никуда не делось. Если бы вина дисциплинировала, проблема давно была бы решена, ведь вины у моих клиенток хватит на десять дисциплин.
На деле вина делает три вредные вещи.
Первая, она портит отношения с едой задним числом, превращая даже удовольствие в проступок, и человек перестаёт получать от еды нормальную радость, а ест всё более тревожно и торопливо, будто краденое. Вторая, она понижает самооценку, ежедневно подтверждая приговор о том, что вы безвольны и с вами что-то не так. Третья и главная, вина, это тяжёлое чувство, а тяжёлые чувства человек с привычкой заедать заедает. Круг, о котором подробно рассказано в статье про цикл ограничения и срыва, держится именно на этом звене, ведь наказание производит новое преступление.
Клиентка однажды описала это одной фразой, «Я ем, чтобы успокоиться после того, как отругала себя за то, что поела».
Абсурд? Нет, точная механика, поскольку в этой конструкции каждое звено честно выполняет свою работу.
Здесь обычно возникает справедливый вопрос. А что, вообще никак не реагировать на своё переедание и делать вид, что всё в порядке? Нет. Альтернатива вине, это не безразличие, а ответственность, и разница между ними принципиальная.
Вина смотрит назад и занимается приговором, то есть я плохая, я опять, я безнадёжна. Она обращена на личность и заканчивается наказанием. Ответственность смотрит вперёд и занимается вопросами, а именно что произошло, чего мне на самом деле не хватало и что я могу сделать иначе. Она обращена на поведение и заканчивается выводом. Вина спрашивает, кто виноват, и всегда находит одного и того же обвиняемого. Ответственность спрашивает, что дальше, и находит дорогу.
Практически это выглядит так. Съели больше, чем хотели. Реакция суда, ну всё, опять, ничтожество, завтра ни крошки. Реакция ответственности, так, я переела, похоже, день был тяжёлый и я устала, что мне сейчас нужно, кроме еды, и как позаботиться о себе вечером. Почувствуйте, насколько разное состояние оставляют эти два внутренних монолога, и, к слову, после какого из них вероятнее новое заедание.
Распустить суд одним решением не получится, он работал годами. Зато его можно постепенно лишать полномочий. Первое, замечать заседание в момент начала и просто отмечать про себя, что суд пошёл. Названный процесс теряет часть власти, ведь вы уже не внутри него, а рядом. Второе, проверять законность кодекса, то есть каждое правило, за нарушение которого вас судят, стоит спросить, чьё оно, откуда взялось и нужно ли оно вам вообще, или вы унаследовали его вместе с чужим стыдом. Про стыд, который приходит извне, от общества и близких, есть отдельная статья почему стыд не лечит переедание.
Третье, заменять приговор заботой, буквально по шагам, как в статье о том, что делать после срыва. И четвёртое, если суд заседает давно, звучит голосами конкретных людей из прошлого и не унимается ни от каких приёмов, это материал для работы с психологом. Внутренний судья, это фигура с историей, и разбирать её лучше вдвоём.
Отдельно назову случай, когда одной психологической работы мало.
Если вина после еды доходит до того, что вы наказываете себя компенсациями, голоданием на следующий день или изнуряющими нагрузками, если настроение держится на дне неделями, нужен врач. Такие сочетания разбираются вместе со специалистом с медицинским образованием, и обращаться к нему стоит без отлагательств.
Сначала заметить и назвать, то есть сказать себе, что это вина и суд начался. Потом вернуть себе факты вместо приговора, ведь вы съели сладкое, и это событие, а не преступление. Затем спросить, чего вам сейчас не хватает на самом деле, и дать себе это не тарелкой, а отдыхом, паузой или поддержкой. Вина глохнет, когда ей не дают развернуть заседание.
Вина судит личность и смотрит назад, то есть я плохая, потому что съела. Ответственность изучает поведение и смотрит вперёд, а именно что привело к перееданию и что сделать иначе. Первая заканчивается наказанием и новым срывом, вторая выводом и заботой. Ответственность, это взрослая версия контроля, без кнута.
Проверьте эту гипотезу на собственном опыте, ведь вина с вами давно, а контроля больше не стало. Дело в том, что вина не управляет поведением, она лишь добавляет тяжёлых чувств, которые заедаются. Устойчивый контроль вырастает из понимания своих причин и заботы о себе, а не из страха перед внутренним прокурором.
Значит, ваш внутренний кодекс слишком строг и под статью попадает уже само наличие аппетита. Такое бывает после долгих ограничений и у людей, которых стыдили за еду в детстве. Это серьёзный сигнал, поскольку, когда любая еда ощущается проступком, отношения с едой нуждаются в восстановлении, и лучше заняться этим с поддержкой специалиста.