Холодова Екатерина: психолог в Челябинске лично и онлайн по всему миру
Со словами «прими своё тело» есть проблема, ведь их произносят так, будто это действие, которое можно выполнить усилием, как убрать в комнате. Человеку, который годами не может спокойно смотреть на своё отражение, такой совет не помогает, а злит, и правильно делает, что злит.
Между ненавистью и принятием не дверь, а дорога, и идут по ней постепенно. Об этой дороге и поговорим, то есть куда она ведёт на самом деле, из каких шагов состоит и почему на ней не нужно заставлять себя восторгаться собой.
Сначала уберём два недоразумения.
Первое, принять тело не значит объявить его идеальным и запретить себе любые желания перемен. Второе, принять не значит махнуть на себя рукой и перестать заботиться. Принятие, это выход из войны, то есть перемирие и согласие с фактом, что тело моё, сегодня оно такое, и обращаться с ним я буду по-человечески вне зависимости от того, насколько оно совпадает с картинкой в моей голове.
Заметьте, в этой формуле нет слова «любить», и это осознанно.
Требование полюбить своё тело для многих становится ещё одним недостижимым стандартом и ещё одним поводом себя ругать, теперь уже за недостаточную любовь к себе. Реалистичная цель для человека, который много лет воевал с собой, это не восторг, а нейтралитет, где тело выступает как факт, как дом и как рабочий инструмент жизни, к которому относятся с уважением.
Из нейтралитета со временем может вырасти и тепло, однако расти оно должно само, поскольку предписать его нельзя.
Есть устойчивый страх, что, перестав себя грызть, человек перестанет стараться. Кнут кажется двигателем.
На деле всё наоборот, и это видно на простых вещах.
Человек в состоянии войны с телом избегает его, то есть не смотрит, не трогает, не одевает красиво, не ведёт к врачу, потому что стыдно, не даёт ему движения, потому что в зале на тебя смотрят. Забота требует контакта, а война контакт разрывает. Поэтому воюющие люди парадоксальным образом заботятся о себе хуже всех, и их тело живёт в режиме заброшенного дома, куда хозяин заходит только поругаться.
Перемирие возвращает контакт, а с ним и заботу.
Становится возможным то, что война запрещала, а именно нормально есть без наказаний и срывов, двигаться в удовольствие, отдыхать, показываться врачу, покупать одежду на сегодняшнее тело, а не на будущее. Из этого места, спокойного и заботливого, любые перемены, если они нужны человеку, происходят легче и держатся дольше. Ненависть, это плохое топливо, ведь на нём далеко не уезжают, поскольку оно сжигает водителя.
Первый шаг, заметить войну и её язык.
Прислушайтесь, какими словами вы говорите о своём теле, вслух и внутри. «Отвратительно», «уродство», «жирная корова», это не описания, а приговоры, и они поддерживают состояние войны ежедневно. Насильно заменять их комплиментами не нужно, ведь фальшь не работает. Достаточно перейти на язык фактов, то есть не «отвратительный живот», а «живот», не «ужасные руки», а «руки». Нейтральный язык, это первый кирпич нейтрального отношения.
Второй шаг — вернуть телу функции вместо оценок. Тело, это не картинка для рассматривания, а то, чем вы живёте, ведь оно носит вас по миру, обнимает ваших близких, чувствует вкус, тепло и музыку. Попробуйте хотя бы иногда замечать, что тело сегодня сделало, а не как оно выглядело. Этот разворот от внешнего наблюдателя к живущему внутри человеку звучит просто, а меняет многое, поскольку оценивающий взгляд теряет монополию.
Третий шаг, пересмотреть окружение и ленту.
Взгляд на себя калибруется тем, на что мы смотрим ежедневно. Если лента состоит из одинаковых отредактированных тел, судья внутри получает эталон, рядом с которым любое живое тело проигрывает. Наполните поле зрения разными телами, разными возрастами и разной жизнью, и норма внутри начнёт расширяться. То же касается людей, ведь разговоры, где все ругают свою внешность и обсуждают чужую, войну подпитывают, и от них можно уходить.
Четвёртый шаг, заботиться раньше, чем полюбите. Не ждать принятия, чтобы начать по-человечески с собой обращаться, а начать обращаться, чтобы принятие стало возможным. Удобная одежда сегодня, а не после перемен. Отдых сегодня. Движение, которое в радость, сегодня. Забота, это поведение, и она доступна при любом отношении к себе, а отношение подтягивается за поведением.
Клиентка после нескольких месяцев такой работы сказала, «Я не могу сказать, что в восторге от своего отражения. Но я перестала от него вздрагивать, и у меня освободилось столько сил, будто я уволилась со второй работы».
Война с телом действительно вторая работа, неоплачиваемая и без выходных.
Скажу честно, у самостоятельного пути есть пределы. Если ненависть к телу выросла из ранящих слов значимых людей, если она сцеплена с перееданием и виной в плотный узел, если недовольство телом, это лишь часть общего недовольства собой, одними упражнениями узел не развязать. В первом случае мы работаем с историей, из которой вырос внутренний судья. Во втором с пищевой стороной. В третьем стоит смотреть шире, в сторону самооценки, ведь, если тема для вас не только про тело и еду, а про собственную ценность в целом, вам туда, и там же лежит разбор про то, как устроено недовольство внешностью.
Есть и отдельная граница, которую важно назвать. Если попытки навести порядок в еде дошли до компенсаций после еды, до истощения или до полного отказа от еды на целые дни, дорога к принятию начинается не с психологических упражнений, а с врача. Психологическая работа при этом не отменяется, она хорошо идёт рядом. Во всех остальных случаях можно просто прийти на консультацию, поскольку дорогу к перемирию проще пройти с проводником.
Наоборот. Махнуть рукой, это как раз про войну, ведь воюющий человек избегает своего тела и заботится о нём плохо. Принятие возвращает контакт, а контакт делает возможной настоящую заботу, то есть еду без наказаний, движение, отдых и внимание к здоровью. Запущенность вырастает из ненависти гораздо чаще, чем из принятия.
Можно, и это самое рабочее сочетание. Принятие, это про отношение к телу сегодня, и желания перемен оно не отменяет. Разница в топливе, поскольку перемены из заботы делаются ради себя и держатся, тогда как перемены из ненависти делаются против себя и заканчиваются срывами. Сначала перемирие, потом любые перемены, какие вам нужны.
С самого маленького, то есть с языка. Уберите приговоры из слов о теле и оставьте факты. Затем возвращайте контакт через ощущения, а не через картинку, ведь тепло душа, опора ног и дыхание доступны всегда. Отражение подождёт, к нему возвращаются позже и постепенно. И не идите через силу, поскольку темп у этой дороги свой и торопить его бессмысленно.
Мы вообще не про вес и не про то, что положено чувствовать. Принятие, это прекращение войны со своим телом, а не предписанная радость и не позиция в чужих спорах. Что делать со своим телом дальше, решает сам человек, желательно вместе с врачом там, где речь о здоровье. Психологическая задача одна, чтобы решения принимались из уважения к себе, а не из ненависти.